?

Log in

No account? Create an account

Франсуа Вийон
waldemar_betz
Я знаю мир — он стар и полон дряни,
Я знаю птиц, летящих на манок,
Я знаю, как звенит деньга в кармане И как звенит отточенный клинок.
Я знаю, как поют на эшафоте,
Я знаю, как целуют, не любя,
Я знаю тех, кто "за" и тех, кто "против",
Я знаю все, но только не себя.

Я знаю шлюх — они горды, как дамы,
Я знаю дам — они дешевле шлюх,
Я знаю то, о чем молчат годами,
Я знаю то, что произносят вслух,
Я знаю, как зерно клюют павлины
И как вороны трупы теребят,
Я знаю жизнь — она не будет длинной,
Я знаю все, но только не себя.

Я знаю мир — его судить легко нам,
Ведь всем до совершенства далеко,
Я знаю, как молчат перед законом,
И знаю, как порой молчит закон.
Я знаю, как за хвост ловить удачу,
Всех растолкав и каждому грубя,
Я знаю — только так, а не иначе...
Я знаю все, но только не себя.

[reposted post]Пушкинская сказка о попе
diak_kuraev
reposted by waldemar_betz
это очень даже лайт-история. И батюшку там даже немного жалко.

А вот у немцев все брутальней:


СУД БОЖИЙ НАД ЕПИСКОПОМ

Были и лето и осень дождливы;
Были потоплены пажити, нивы;
Хлеб на полях не созрел и пропал;
Сделался голод; народ умирал.

Но у епископа милостью неба
Полны амбары огромные хлеба;
Жито сберег прошлогоднее он:
Был осторожен епископ Гаттон.

Рвутся толпой и голодный и нищий
В двери епископа, требуя пищи;
Скуп и жесток был епископ Гаттон:
Общей бедою не тронулся он.

Слушать их вопли ему надоело;
Вот он решился на страшное дело:
Бедных из ближних и дальних сторон,
Слышно, скликает епископ Гаттон.

«Дожили мы до нежданного чуда:
Вынул епископ добро из-под спуда;
Бедных к себе на пирушку зовет», —
Так говорил изумленный народ.

К сроку собралися званые гости,
Бледные, чахлые, кожа да кости;
Старый, огромный сарай отворён:
В нем угостит их епископ Гаттон.

Вот уж столпились под кровлей сарая
Все пришлецы из окружного края...
Как же их принял епископ Гаттон?
Был им сарай и с гостями сожжен.

Глядя епископ на пепел пожарный
Думает: «Будут мне все благодарны;
Разом избавил я шуткой моей
Край наш голодный от жадных мышей».

В замок епископ к себе возвратился,
Ужинать сел, пировал, веселился,
Спал, как невинный, и снов не видал...
Правда! но боле с тех пор он не спал.

Утром он входит в покой, где висели
Предков портреты, и видит, что съели
Мыши его живописный портрет,
Так, что холстины и признака нет.

Он обомлел; он от страха чуть дышит...
Вдруг он чудесную ведомость слышит:
«Наша округа мышами полна,
В житницах съеден весь хлеб до зерна».

Вот и другое в ушах загремело:
«Бог на тебя за вчерашнее дело!
Крепкий твой замок, епископ Гаттон,
Мыши со всех осаждают сторон».

Ход был до Рейна от замка подземный;
В страхе епископ дорогою темной
К берегу выйти из замка спешит:
«В Реинской башне спасусь» (говорит).

Башня из реинских вод подымалась;
Издали острым утесом казалась,
Грозно из пены торчащим, она;
Стены кругом ограждала волна.

В легкую лодку епископ садится;
К башне причалил, дверь запер и мчится

Вверх по гранитным крутым ступеням;
В страхе один затворился он там.

Стены из стали казалися слиты,
Были решетками окна забиты,
Ставни чугунные, каменный свод,
Дверью железною запертый вход.

Узник не знает, куда приютиться;
На пол, зажмурив глаза, он ложится...
Вдруг он испуган стенаньем глухим:
Вспыхнули ярко два глаза над ним.

Смотрит он... кошка сидит и мяучит;
Голос тот грешника давит и мучит;
Мечется кошка; невесело ей:
Чует она приближенье мышей.

Пал на колени епископ и криком
Бога зовет в исступлении диком.
Воет преступник... а мыши плывут...
Ближе и ближе... доплыли... ползут.

Вот уж ему в расстоянии близком
Слышно, как лезут с роптаньем и писком;
Слышно, как стену их лапки скребут;
Слышно, как камень их зубы грызут.

Вдруг ворвались неизбежные звери;
Сыплются градом сквозь окна, сквозь двери,
Спереди, сзади, с боков, с высоты...
Что тут, епископ, почувствовал ты?

Зубы об камни они навострили,
Грешнику в кости их жадно впустили,
Весь по суставам раздернут был он...
Так был наказан епископ Гаттон.



архиепископ Майнца Гаттон II занимал эту должность в 968 – 970 гг. По преданию, он был жестоким и жадным человеком. Во время сильного голода Гаттон запретил выдавать зерно беднякам из своих огромных хлебных запасов. Когда ему надоели просьбы о помощи, он собрал всех голодающих в пустом амбаре. Затем архиепископ приказал своим слугам запереть двери и поджечь здание. Все бедняки сгорели заживо. Когда их предсмертные крики из охваченного пламенем амбара донеслись до дворца Гаттона, он с надменной усмешкой спросил у своих гостей, сидевших за уставленными яствами столами: «Слышите, как пищат мыши?»

В этот момент произошло чудо. Солнце померкло, в зале стало темно и дворец архиепископа внезапно заполнился тысячами прожорливых мышей, которые поедали всё, что им попадалось. Гости поспешили оставить Гаттона. Его слуги в страхе бежали от своего хозяина. Архиепископ на корабле отправился вниз по Рейну. Он укрылся в построенной им башне на острове посреди реки. Здесь Гаттон почувствовал себя в безопасности. Однако лавины грызунов преодолели водную преграду. Источив зубами стены и двери башни, мыши заживо съели Гаттона в его убежище.



Мышиная Башня (Mauseturm)


***
Этот сюжет лег в основу баллады Жуковского «Суд божий над епископом». Это литературный перевод стихотворения «God's Judgment on a Wicked Bishop» английского поэта-романтика Роберта Саути. Оно было написано в 1799 г. Сюжет баллады Саути почерпнул из немецких народных легенд.

[reposted post]Schwere Panzer-Abteilung 503 II. SS-Panzerkorps um Prochorowka
Перунъ
kolyvanski
reposted by waldemar_betz
«Журналист немецкой газеты Die Welt Свен Феликс Келлерхофф, занимающий должность ведущего редактора исторического раздела издания, считает необходимым снести звонницу, установленную на Прохоровском поле в память о погибших в танковом сражении под Прохоровкой в июле 1943 года. Об этом говорится в колонке журналиста.
По его мнению, мемориал необходимо убрать, так как никакого крупного боя там не было, а Красная Армия не одерживала в нем победу.
«На самом деле этот памятник должен был быть немедленно снесен. Потому что последние исследования, основанные на несомненно реальных фотографиях, подтверждают, что в бою у Прохоровки не было ни советской победы, ни даже грандиозного танкового сражения», - считает Келлерхофф.


Гром победы раздавайся!Collapse )